И Иу́да искарио́тский, еди́н от обоюна́десяте, и́де ко архиере́ем, да преда́ст его́ им. Они́ же слы́шавше возра́довашася и обеща́ша ему́ сре́бреники да́ти. И иска́ше, ка́ко его́ в удо́бно вре́мя преда́ст. И в пе́рвый день опресно́к, егда́ Па́сху жря́ху, глаго́лаша ему́ ученицы́ его́: где хо́щеши, ше́дше угото́ваем, да я́си Па́сху; И посла́ два от учени́к свои́х и глаго́ла и́ма: иди́та во град: и сря́щет вас Челове́к в скуде́льнице во́ду нося́: по нем иди́та, и иде́же а́ще вни́дет, рцы́та господи́ну до́му, я́ко Учи́тель глаго́лет: где есть вита́льница, иде́же Па́сху со ученики́ мои́ми снем; и той ва́ма пока́жет го́рницу ве́лию, по́стлану, гото́ву: ту угото́вайта нам. И изыдо́ста ученика́ его́, и приидо́ста во град, и обрето́ста, я́коже рече́ и́ма: и угото́васта Па́сху. И ве́черу бы́вшу прии́де со обемана́десяте. И возлежа́щым им и яду́щым, рече́ Иису́с: ами́нь глаго́лю вам, я́ко еди́н от вас преда́ст мя, яды́й со мно́ю. Они́ же нача́ша скорбе́ти и глаго́лати ему́ еди́н по еди́ному: еда́ аз; И други́й: еда́ аз; Он же отвеща́в рече́ им: еди́н от обоюна́десяте, омочи́вый со мно́ю в соли́ло. Сын у́бо Челове́ческий и́дет, я́коже есть пи́сано о нем: го́ре же челове́ку тому́, и́мже сын Челове́ческий преда́стся: до́брее бы́ло бы ему́, а́ще не бы роди́лся Челове́к той. И яду́щым им, прие́мь Иису́с хлеб, (и) благослови́в, преломи́ и даде́ им, и рече́: приими́те, яди́те: сие́ есть Те́ло мое́. И прии́м ча́шу, хвалу́ возда́в, даде́ им: и пи́ша от нея́ вси. И рече́ им: сия́ есть Кровь моя́ но́ваго Заве́та, за мно́ги излива́ема: ами́нь глаго́лю вам, я́ко ктому́ не и́мам пи́ти от плода́ ло́знаго до дне того́, егда́ е пию́ но́во во Ца́рствии Бо́жии. И воспе́вше изыдо́ша в го́ру Елео́нскую. И глаго́ла им Иису́с, я́ко вси соблазните́ся о мне в нощь сию́: пи́сано бо есть: поражу́ па́стыря, и разы́дутся о́вцы. Но пото́м, егда́ воскре́сну, варя́ю вы в Галиле́и. Петр же рече́ ему́: а́ще и вси соблазня́тся, но не аз. И глаго́ла ему́ Иису́с: ами́нь глаго́лю тебе́, я́ко ты днесь в нощь сию́, пре́жде да́же втори́цею пе́тель не возгласи́т, трикра́ты отве́ржешися мене́. Он же мно́жае глаго́лаше па́че: а́ще (же) ми есть с тобо́ю и умре́ти, не отве́ргуся тебе́. Та́кожде и вси глаго́лаху. И приидо́ша в весь, е́йже и́мя гефсима́ниа: и глаго́ла ученико́м свои́м: седи́те зде, до́ндеже шед помолю́ся. И поя́т Петра́ и Иа́кова и Иоа́нна с собо́ю: и нача́т ужаса́тися и тужи́ти. И глаго́ла им: приско́рбна есть ду́ша моя́ до сме́рти: бу́дите зде и бди́те. И преше́д ма́ло, паде́ на земли́ и моля́шеся, да, а́ще возмо́жно есть, мимои́дет от него́ час: и глаго́лаше: а́вва о́тче, вся возмо́жна тебе́: мимонеси́ от мене́ ча́шу сию́: но не е́же аз хощу́, но е́же ты. И прии́де, и обре́те их спя́щих, и глаго́ла петро́ви: си́моне, спи́ши ли; не возмо́гл еси́ еди́наго часа́ побде́ти; бди́те и моли́теся, да не вни́дете в напа́сть: дух у́бо бодр, Плоть же немощна́. И па́ки шед помоли́ся, то́жде Сло́во рек. И возвра́щься обре́те я па́ки спя́щя: бя́ху бо очеса́ им тя́готна: и не ве́дяху, что бы́ша ему́ отвеща́ли. И прии́де трети́цею и глаго́ла им: спи́те про́чее и почива́йте: приспе́ коне́ц, прии́де час: се, предае́тся сын Челове́ческий в ру́ки гре́шником: воста́ните, и́дем: се, предая́й мя прибли́жися.